В общем, жизнь прекрасна и удивительна.

- Машина ждет, - напомнил лаконичный Демидов, забивая последним окурком пепельницу.

Ирка будет в бешенстве.

Надо удрать, пока ее нет. Это единственный выход. Вернее, исход.

...Через час они были во Внукове. В аэропорт приехали на машине Меркулова, Генеральный уехал в прокуратуру.

- Чего ты тут торчишь? - огрызнулся Турецкий в зале ожидания. - Я же улетаю, так езжай в контору, обойдусь без проводов.

Меркулов промолчал, но через семь минут стало ясно, чего именно он ждал. Прибыл курьер из Московской городской прокуратуры с пакетом лично для господина Турецкого.

- Теперь я спокоен, - сказал Меркулов. - Здесь материалы по Богачеву, которые украинцы передали в Москву. Почитаешь в самолете. Думаю, что ты с этим быстро разберешься. Весь фокус в том, что нужно продемонстрировать участие нашей конторы, ну и еще та закавыка, о которой Демидов уже говорил. Н-да... Все равно завидую тебе, все-таки в Крым летишь. - С этими словами он и отбыл.

Через полчаса Турецкий прошел паспортный контроль и еще через двадцать пять минут погрузился в ТУ-154 с двумя широкими полосами через весь фюзеляж - желтого и голубого цвета. На трапе у Турецкого сработал сотовый телефон. Он обреченно покрутил головой, понимая, что жена успела-таки обнаружить его исчезновение и нажал на клавишу "talk". А ведь Меркулов обещал взять ее на себя. Не успел, значит.

Но это была не Ирина.

- Саша, - сказал слабый голос Солонина. - Ты как себя чувствуешь?

- Как в мышеловке.

- У меня голова разламывается, просто ужас.

- А, - обрадовался Турецкий. - У тебя тоже?

- Ну. Что это мы такое вчера...

Сзади на трапе уже напирали, стюардесса смотрела на него укоризненно.

- Витя, нету времени, бутылка осталась в кабинете, хочешь - проведи экспертизу без меня, а я еду купаться.

- О! Ты в баню? Точно, это то, что нам сейчас надо, чтобы выбить заразу из организма. Подожди, я тоже хочу.